Летом в сквере на лавочке ко мне подсел некто с двухлитровой бутылкой сидра в руках.
- Я Андрей, - представился он. – Из Ростова-на-Дону. Вот, отсидел семь лет, теперь не знаю, куда идти. Сидел-то я уже второй раз. В первый полтора года дали, вышел, не знал чем заняться. Пошел к друзьям. Через полгода опять посадили, за разбой. Сюда приехал к другу, он на Самотеке живет. Приехал, а мне говорят, он умер уже. Куда мне теперь? Я себя смотрю. Вот, понюхай. Чувствуешь? Не чувствуешь. У меня все постирано, и сам я чистый. Погоняло у меня знаешь какое? Лапша. Это просто все - от фамилии. Лапшин моя фамилия. Домой в Ростов не хочу возвращаться. Родителей нет уже. Там все опять так же будет. А в Москве некуда идти. И ствол нужен. Я, наверное, мента найду и ствол отберу. Хотя они сейчас по двое ходят. Придумаю что-нибудь. В тюрьме мне нормально было. Но я туда не хочу больше. Можно я тут посплю на лавочке? На солнышке хорошо.
Андрей Лапша. Человек, которому некуда идти.